15 ноября в Научно-богословском центре междисциплинарных исследований прошел семинар «Онтология мироздания: библейский контекст новоевропейской науки»

Тщательно проанализировав предпосылки новоевропейского классического естествознания, родоначальником которого является Галилей, Кант показал, что, начиная с эпохи Нового времени, метафизика природы превращается в метафизику материи, причем материи особого рода – абсолютно самотождественной, всепроницающей, «идеальной» материи вообще. Обсуждая галилеевскую проблему идеализации как предпосылку превращения естествознания в математическую науку Кант писал: «Чтобы стало возможным приложение математики к учению о телах, лишь благодаря ей способному стать наукой о природе, должны быть предпосланы принципы конструирования понятий, относящиеся к возможности материи вообще; иначе говоря, в основу должно быть положено исчерпывающее расчленение понятия о материи вообще. Это – дело чистой философии, которая для этой цели не прибегает ни к каким особым данным опыта, а пользуется лишь тем, что она находит в самом отвлеченном (хотя по существу своему эмпирическом) понятии, соотнесенном с чистыми созерцаниями в пространстве и времени (по законам, существенно связанным с понятием природы вообще), отчего она и есть подлинная метафизика телесной природы» (Кант И. Метафизические начала естествознания // Кант И. Сочинения: В 6 т. Т. 6. М., 1966. С. 60-61). Что сегодня можем мы сказать об онтологической природе мироздания?

Известный современный австралийский философ Дэвид Чалмерс, которого называют «живым классиком философии сознания», утверждает: «Физическая теория характеризует свои базовые сущности лишь относительно, в терминах их каузальных и иных отношений к другим сущностям. <…> Получающаяся в итоге картина физического мира – это картина громадного каузального потока, но она ничего не говорит о том, что соотносится этой причинностью. <…> Интуитивно кажется более разумным предположить, что базовые сущности, соотносимые всей этой каузальностью, имеют какую-то свою внутреннюю природу, какие-то внутренние свойства, так что мир не лишен субстанции. <…> Имеется лишь один класс внутренних, нереляционных свойств, с которым мы непосредственно знакомы, и это класс феноменальных свойств [так Чалмерс называет непосредственно переживаемые свойства психические]. Естественно предположить, что неопределенные внутренние свойства физических сущностей и известные нам внутренние свойства опыта могут быть как-то соотнесены или даже перекрываться» (Чалмерс Д. Сознающий ум: В поисках фундаментальной теории / Пер. с англ. М., 2013. С. 197-198). Несмотря на шокирующую неожиданность такого предположения Чалмерс утверждает, что «эта идея на первый взгляд кажется дикой, но лишь на первый взгляд. В конце концов у нас нет никакого представления о внутренних свойствах физического. Их место вакантно, и феноменальные свойства выглядят не менее достойным кандидатом на их роль, чем какие-то другие. Здесь, конечно, возникает опасность панпсихизма. Я не уверен, что эта перспектива так уж плоха, – добавляет Чалмерс, – если феноменальные [психические] свойства фундаментальны, то естественно предположить, что они могли бы иметь широкое распространение» (Чалмерс Д. Сознающий ум: В поисках фундаментальной теории / Пер. с англ. М., 2013. С. 198). Примечательно, что ещё в 1919 году Чарльз Галтон Дарвин (внук Чарльза Роберта Дарвина), одним из первых начавший поиски логически последовательных основ квантовой механики, в своей (оставшейся неопубликованной и ныне хранящейся в Библиотеке Американского философского общества) статье «Критика основ физики» писал: «Я давно уже считал, что фундаментальные основы физики находятся в ужасном состоянии. <…> Может случиться, что потребуется фундаментально изменить наши представления о времени и пространстве, <…> либо даже в качестве последней возможности приписать электрону свободу воли» (цит. по: Джеммер М. Эволюция понятий квантовой механики / Пер. с англ. М., 1985. С. 173).

Действительно, если мир – это книга Творца, то какова онтологическая реальность написанного Им текста? Открывающая Библию Книга Бытия повествует о творении мира Богом из ничего Словом Своим; в Никео-Константинопольском Символе веры Бог именуется Творцом – буквально, Поэтом мироздания (греч. ποιητής – творец, поэт, восходит к и.-евр. корню *k(u)ei- – наслаивать, выстраивать, складывать в определенном порядке; к тому же корню восходит и слав. чинъ, чинити, откуда и русск. со-чинитель, со-чинять, т.е. упорядочивать по чину); один из величайших византийских богословов преподобный Максим Исповедник воспринимал мир как тканый сверху хитон (см.: Ин 19:23) Логоса (Максим Исповедник, прп. Творения, Кн. II. Вопросо-ответы к Фалассию. Часть 1. Вопросы I – LV / Пер. и комм. С. Л. Епифановича и А. И. Сидорова. М., 1993. С. 33-34); святитель Григорий Палама, богословие которого почитается высшим достижением православной традиции, именует мироздание «писанием Самоипостасного Слова» (Григорий Палама, свт. Беседа на введение во Святая Святых Пречистой Владычицы нашей Богородицы и Приснодевы Марии и о Ее богоподобном образе жизни в этом месте // Григорий Палама, свт. Беседы (омилии): В 3 т. Т. 3 / Пер. с греч. архим. Амвросия (Погодина), М., 1994. С. 130). Если логически продолжить всё то, что, с одной стороны, сегодня известно нам благодаря изучению «элементов» (лат. el-em-en-tum – буква ткани (textus) мироздания, стихия (στοιχεί̃ον) поэмы (ποίημα) Творца (Ποιητής)) ткани реальности (лат. textus – сплетение, структура, связь, ткань (мироздания) и, наконец, связный текст), с другой стороны – вспомнить тот широкий – в том числе и богословский – контекст, в котором происходило формирование современной науки, следует прийти к однозначному – и при этом достаточно безумному для того чтобы быть истинным – выводу: «Мир есть психическое Творца» (известный американский физик-теоретик и историк науки Абрахам Пайс вспоминает, как однажды после семинара, где Паули рассказывал о своей последней работе, он сказал Бору: «Вы, наверное, думаете, что это все безумие». На что Бор ответил: «Да, но, к сожалению, это недостаточно безумно» (Пайс А. Гении науки / Пер. с англ. М., 2002. С. 316)).

Несмотря на, казалось бы, шокирующую необычность данного тезиса, даже вполне ортодоксальные физики – правда, на своём языке, – размышляют о чём-то подобном. Так, в работе «Метафизика современной физики», Алоиз Венцель писал, что «материальный мир <…> не может называться мертвым. Этот мир – если уж говорить о его сущности – скорее есть мир элементарных духов [может быть, лучше сказать, элементарных логосов]; отношения между ними определяются некоторыми правилами [а λόγος это не только слово, но и отношение и правило], взятыми из царства духов. Эти правила могут быть сформулированы математически. Или, другими словами, материальный мир есть мир низших духов, взаимоотношения между которыми могут быть выражены в математической форме. Мы не знаем, каково значение этой формы, но знаем форму. Только сама форма, или Бог, может знать, что она сама в себе значит» (цит. по: Франк Ф. Философия науки. Связь между наукой и философией / Пер. с англ. М., 1960. С. 360). Один из создателей инфляционной космологии профессор Стэнфордского университета Андрей Линде считает, что проблема сознания может быть тесно связана с проблемой рож¬дения, жизни и смерти Вселенной: «Опыт работы с квантовой космологией учит, что постанов¬ка задачи, которая на первый взгляд кажется совершенно мета¬физической, иногда при дальнейшем рассмотрении приобретает вполне реальный смысл и может иметь большое значение для раз¬вития науки, – пишет он. – Поэтому хотелось бы взять на себя некоторый риск и сформулировать несколько вопросов, на которые пока еще нет ответа. Не может ли быть так, что сознание, как и пространство-время, имеет свои собственные степени свободы, без учета которых описание Вселенной будет принципиально неполным? Не окажет¬ся ли при дальнейшем развитии науки, что изучение Вселенной и изучение сознания неразрывно связаны друг с другом и что окон¬чательный прогресс в одной области невозможен без прогресса в другой? После создания единого геометрического описания слабых, сильных, электромагнитных и гравитационных взаимодействий не станет ли следующим важнейшим этапом развитие единого подхода ко всему нашему миру, включая и внутренний мир человека? <…> Проблема сознания, так же как и связанная с ней проблема жизни и смерти человека, не только не решена, но на фундаментальном уровне почти совершенно не изучена. Представляется очень заманчивым поискать какие-нибудь связи и аналогии, пусть даже на первых порах поверхностные и не-глубокие, изучая еще одну великую проблему – проблему рождения, жизни и смерти Вселенной. Возможно, в будущем выяснится, что эти две проблемы не так далеки друг от друга, как это могло бы показаться» (Линде А. Д. Физика элементарных частиц и инфляционная космология. М., 1990. С. 248). Профессор Чикагского университета директор Центра астрофизики частиц лаборатории имени Ферми Крейг Хоган полагает, что Вселенная представляет собою голограмму, что-то вроде компьютерной симуляции . Он надеется проверить так ли это при помощи прибора, который он назвал «Holometer». Профессор Массачусетского технологическорго института руководитель Исследовательской лаборатории электроники Сет Ллойд пишет, что идея о том, что мир – живой, или что Вселенная мыслит – это метафора; Вселенная – это гигантский квантовый компьютер, её «мысли» – это процесс обработки информации Вселенной, вычисляющей «саму себя, своё собственное поведение» (Ллойд С. Программируя Вселенную: Квантовый компьютер и будущее науки / Пер. с англ. М., 2013). Физик-теоретик и Боннского университета Сайлас Бин думает, что вполне возможно мы живём в смоделированной более высокоразвитой цивилизацией Вселенной (Beane S. R., Davoudi Z., Savage M. J. Constraints on the Universe as a Numerical Simulation. Об этом же размышляет и профессор философии Оксфордского университета один из основателей Всемирной ассоциации трансгуманистов Ник Бостром (Bostrom N. Are You Living In A Computer Simulation? // Philosophical Quarterly (2003) Vol. 53, No. 211, pp. 243-255. Несмотря на разницу взглядов, все они допускают вероятность существования некой высшей реальности, породившей то, что мы именуем Вселенной.